Home » Визит президента Ирана в Таджикистан символизирует растущее сближение
Asia Central Asia Economy Featured Global News Government National Security News Politics

Визит президента Ирана в Таджикистан символизирует растущее сближение


Отношения между Ираном и Таджикистаном в последнее десятилетие вновь обострились после официального визита президента Ирана Эбрагима Раиси в Душанбе 8-9 ноября, его второй поездки в таджикскую столицу за 18 месяцев.

Визит Раиси в Таджикистан имел символическое значение на фоне сближения стран, затмившего относительно стандартный пакет подписанных двусторонних соглашений.

В ходе поездки Раиси и его таджикский коллега Эмомали Рахмон объявили об историческом соглашении о безвизовом режиме для своих граждан, а также о сделках в сфере торговли, транспорта и культуры, среди прочего.

В прошлом году визиты высокопоставленных лиц между двумя странами стали обычным явлением: министр обороны Ирана Реза Караи Аштиани посетил Таджикистан в октябре, а главный прокурор Мохаммад Джаафар Монтазери возглавил судебную делегацию в Душанбе в июне.

Но отношения между двумя персоязычными странами, которые имеют тесные языковые, культурные и исторические связи, а также имеют общего ключевого союзника – Россию, не всегда были радужными.

В последнее десятилетие отношения были омрачены напряженностью, которая привела к разрыву инвестиционных и экспортных сделок, приостановке прямых рейсов и закрытию иранских благотворительных и культурных центров в Таджикистане.

Iranian Supreme leader Ayatollah Ali Khamenei (left) meets IRPT leader Muhiddin Kabiri in December 2015.

Иран разозлил Таджикистан в 2015 году, пригласив главу Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) на конференцию всего через несколько месяцев после того, как Душанбе весьма сомнительно запретил партию и назвал ее террористической группировкой.

Еще больше разозлив Душанбе, лидер ПИВТ Мухиддин Кабири был сфотографирован, когда его приветствовал на мероприятии верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи.

Отношения упали до нового минимума в 2017 году, когда таджикское государственное телевидение – рупор правительства – обвинило Иран в финансировании и заказе политических убийств в Таджикистане после того, как в период с 1997 по 2004 год был убит ряд видных общественных деятелей, включая политиков и ученых.

A memorial to former Tajik parliament chairman Safarali Kenjaev, who was assassinated in 1999.

В ответ Иран обвинил Таджикистан в необоснованной и откровенной лжи.

Снова вкл., снова выкл.

На фоне напряженности Рахмон не присутствовал на церемонии приведения к присяге президента Хасана Рохани на второй срок в 2017 году. Но все, казалось, было забыто, когда Душанбе и Тегеран начали налаживать отношения, а Рохани посетил Душанбе в июне 2019 года.

В сентябре 2020 года таджикское государственное телевидение показало еще один скандальный документальный фильм, обвиняющий Иран в финансировании деятельности боевиков в Таджикистане.

Тегеран назвал это заявление «безосновательным обвинением» и предупредил Душанбе о «последствиях поведения», нарушающего «правила дружественных отношений».

Документальный фильм появился после того, как Верховный суд Таджикистана, как сообщается, заключил в тюрьму около 50 таджиков – бывших выпускников иранских университетов – по обвинению в государственной измене и религиозном экстремизме в ходе закрытых судебных процессов.

Поскольку таджикские государственные СМИ и судебная система отражают четкую позицию правительства по вопросам, мотивы Душанбе, нанесшего новый удар по его связям с Ираном, неясны.

Что в будущем?

Рахмон также не смог присутствовать на церемонии инаугурации Раиси в августе 2021 года, сославшись на предварительную помолвку. Но два президента все же встретились в следующем месяце, когда Раиси выбрал Таджикистан в качестве пункта назначения для своей первой зарубежной поездки в качестве президента, совместив ее с участием в ключевом саммите по региональной безопасности.

С тех пор двусторонние связи еще больше укрепились.

В начале 2022 года Душанбе и Тегеран объявили о планах увеличить двустороннюю торговлю до 500 миллионов долларов в будущем со 121 миллиона долларов в 2021 году. А Рахмон отправился в Тегеран в мае 2022 года – это его первая поездка в Тегеран за девять лет, когда отношения возобновились.

Ахмет Фуркан Озякар, турецкий эксперт по региональной политике, сказал, что иранская «политика взгляда на Восток под руководством президента Раиси является… заслуживающим внимания определяющим фактором в развитии отношений с Душанбе» на фоне серьезных экономических проблем Ирана из-за западных санкций из-за Спорная ядерная программа Тегерана.

«В ближайшие месяцы мы ожидаем новых официальных встреч между Душанбе и Тегераном на уровне министров в рамках этого сближения в рамках совместных соглашений в военной сфере и безопасности, а также увеличения торгового потенциала», — сказал РСЕ Озякар, преподаватель международных отношений в Университете Ататюрка. /РЛ.

Но, учитывая недавнюю историю взлетов и падений между Ираном и Таджикистаном, некоторые аналитики не столь оптимистичны.

Турай Атабаки, известный эксперт по Ближнему Востоку и Центральной Азии, не исключает возможности возникновения новых «проблем» в обозримом будущем. Атабаки, почетный профессор Лейденского университета, говорит, что любые серьезные политические изменения внутри одной из этих двух стран или международные события могут повлиять на отношения между Душанбе и пострадавшим от санкций Ираном.

«Подход Таджикистана к международным делам отличается от подхода Ирана в этом вопросе. Вызовы на мировой арене могут либо сблизить их, либо разлучить их – такие вызовы, как продолжающаяся война России против Украины или нынешняя война [Израиль-Хамас], которая угрожает распространиться на более широкий регион Западной Азии», — Атабаки сообщил Радио Свобода.

Источник : РФЕРЛ

Translate